Афоризм дня

Мужчина всегда ребенок, даже когда это большой ребенок, — ребенок, который держит в своих руках власть. Жорж Санд






  Империя и свобода

Империя и свобода

В декабрьском номере журнала "Читаем вместе" опубликована статья Константина Душенко "Империя и свобода" из цикла "История знаменитых цитат".

--------------------------


Империя и Свобода



«Идеологией России должен стать либеральный империализм, а миссией России — построение либеральной империи». Так сказал Анатолий Чубайс в Петербургском инженерно-экономическом университете 25 сентября 2003 года.


Уже через месяц Яндекс давал шесть тысяч упоминаний «либеральной империи». Комментаторы сочли эту формулу нонсенсом, чем-то вроде «горячего льда», и едва ли не все признали ее новейшим изобретением Чубайса. Сам Анатолий Борисович, похоже, думал так же: «Представить себе, что это слово [“империя”] может быть в одном ряду с такими словами, как “цивилизация”, “рынок”, “свобода”, было совсем невозможно. Невозможно в ХХ веке. Но ХХ век закончился».


Комментаторы, вместе с Чубайсом, ошиблись. Идея «империи», стоящей в одном ряду со «свободой», не нова; напротив, она настолько стара, что успела забыться. В 1937 году, к столетию со дня смерти Пушкина, в Париже была опубликована статья Георгия Федотова «Певец Империи и Свободы». Федотов, вероятно, и ввел формулу «Империя и Свобода» в русский язык. Она верна не только по отношению к Пушкину. С ней согласились бы едва ли не все отцы русского либерализма, включая Пестеля, Белинского, Милюкова и Струве. Империя и Свобода были для них понятиями не только вполне совместимыми, но и нерасторжимыми.


Федотов, однако, не был автором формулы. Он взял ее у Бенджамина Дизраэли (1804—1881), британского политика-консерватора, блестящего оратора и писателя-романиста. Выступая в Палате общин 10 ноября 1879 г., Дизраэли сказал: «Один из величайших римлян на вопрос, какой была его политика, ответил: Imperium et Libertas [Империя и Свобода]. Это была бы неплохая программа для британского правительства». Латинское «Империум эт Либертас» звучит вполне по-чубайсовски.


Но и Дизраэли не был первым; сам он заимствовал «Империю и Свободу» — у кого бы вы думали? — у Уинстона Черчилля. Но не у «того самого» Черчилля, а у другого, жившего почти на три века раньше (1620—1688). В своей книге «Правители Британии» (1660) он писал: «...две величайшие вещи, дотоле несовместимые (говорит Тацит), соединились в одно: Imperium & Libertas».


Следы ведут к Тациту. Что же говорил Тацит?


Едва ли не самое известное место в его сочинениях — начало «Жизнеописания Юлия Агриколы», написанного в 98 г. н.э., в эпоху наивысшего могущества Рима. Здесь повествуется о правлении Домициана, когда «нескончаемые преследования отняли у нас возможность общаться, высказывать свои мысли и слушать других. И вместе с голосом мы бы утратили также самую память, если бы забывать было бы столько же в нашей власти, как безмолвствовать». Зато Нерва, сменивший Домициана, «совокупил вместе вещи, дотоле несовместимые, — принципат и свободу». «Принципат» означал правление принцепса (первого сенатора); позже его стали именовать императором.


Итак, Тацит говорил о сочетании единовластия и свободы; Дизраэли (а за ним и Федотов) — о сочетании великодержавности и свободы. Для Дизраэли лозунг «Империя и Свобода» вовсе не был политическим нонсенсом: расширяя империю, он оставался приверженцем парламентарного строя и гражданских свобод.


Последним британцем, отстаивавшим Империю и Свободу, был Уинстон Черчилль — на сей раз уже «тот самый». В 1942 году он заявил: «Я не затем стал премьером Его Величества, чтобы председательствовать при ликвидации Британской империи». Увы, Империю пришлось ликвидировать. Британское содружество, появившееся на свет в 1947 году, консерватор Найджел Лоусон назвал «пережитком империи, улыбкой Чеширского кота, оставшейся, когда кот исчез». Можно подумать, что это сказано о нынешнем СНГ.


Между тем Чубайс, выступая в Петербурге, связывал нашу имперскую будущность как раз с СНГ; именно на этом пространстве России предстоит решать «задачи космического масштаба». «Порядок и свободу на земле» будет отстаивать «кольцо великих демократий Северного полушария XXI века», в которое войдут США, объединенная Европа, Япония и Российская либеральная империя.


Всецело сочувствуя этому плану, должен заметить, что здесь литературным предтечей Чубайса был не столько британец Дизраэли, сколько наш соотечественник Иван Ефремов, автор грандиозной утопии «Туманность Андромеды» (1957). Не все уже помнят Великое Кольцо, объединявшее «братьев по разуму» — высшие космические цивилизации. Но Анатолий Борисович, похоже, запомнил.



Константин Душенко


«Читаем вместе», декабрь 2006.

Все записи



Copyright © Душенко, Издательство "ЭКСМО"


НОВОСТИ И АНОНСЫ


05.07.2018 В № 3 (март), журнала «Читаем вместе» за 2018 г. опубликована статья Константина Душенко «Братья по разуму»

04.06.2018 В № 12 (декабрь) журнала «Читаем вместе» за 2017 г. опубликована статья Константина Душенко «Скелет в шкафу».

Архив новостей

НОВАЯ ВИКТОРИНА!

 

ГДЕ КУПИТЬ
ПОДПИСКА

 





Книги Константина Душенко


Обратная связь

Rambler's Top100